Обождав положенных пять минут, я мелкими перебежками двинулась вдоль коридора, неотрывно наблюдая за приоткрытой дверью в кабинет Андрея Романовича. Тихие голоса, доносившиеся оттуда, служили хорошим знаком — Алиска справилась со своей задачей.
Набрав в грудь побольше воздуха, я рванула мимо вражеского пристанища, мысленно прикидывая, за какое время успею выгрести из стола нужные бумажки и собрать сумку. Полумрак, царивший в главном зале, красноречиво сообщал, что весь народ уже давно разбежался по домам, избавленный от участи отсиживаться в туалете и ждать расправы от босса.
Не глядя, я смела все листки со стола (благо необъятных размеров сумка позволяла это сделать), и уже собиралась бежать к выходу, как заметила высокую и широкую фигуру (два метра безобразия, ага), надвигающуюся на меня, подобно айсбергу на "Титаник". Приглушенно пискнув, я со всех ног рванула к заветной стеклянной двери, служащей разделителем между нашим автомобильным раем и реальным миром. Честное слово, мне оставалось сделать последние два шага, когда массивное тело Андрея Романовича впечатало меня в стенку. У-у-у, что за день такой, а? Невезуха полная!
— Господи, надеюсь, мне в спину сейчас упирается сторожевая дубинка, — придушенно произнесла я, попой и поясницей ощущая "бо-о-о-льшие" неприятности.
— Если ты решила, что лесть спасет тебя от хорошей порки, то очень ошибаешься!
— Да какая лесть, Андрей Романович?! Не скромничайте.
Боженька, сделай так, чтобы мне хватило выдержки не наброситься сейчас на этого Самца (именно так, с большой буквы!) и не изнасиловать его! А-а-а, хочу-хочу-хочу! Так, стоп, он сказал слово "порка"? Мамочка, я что, на садиста нарвалась?!
— Кхм, шеф, а что вы имеете в виду под словами "хорошая порка"?
— Что имею, то и введу, — зловеще прошептал мужчина, обхватывая меня за талию и утягивая в темноту помещения.
От последней фразы, прозвучавшей "о-о-очень" двусмысленно, я слегка покраснела. Блин, чувствую себя кольцом, которое Голум утягивает в пещеру. Еще бы шеф меня "Прелес-с-с-тью" назвал, и была бы вообще сказка!
— Шеф, а может не надо? — тихо спросила я, терпеливо дожидаясь, пока меня поставят на место.
— Надо Федя, надо! — тоном, не терпящим возражений, произнес Андрей Романович.
Остается только надеется, что он не будет заматывать меня в обои и отхаживать прутиком (или чем там Шурик Федю воспитывал?!). Пока шеф шел в одном ему известном направлении, я с грусть рассматривала проносящиеся мимо столы с компьютерами и закрытые двери. Наконец, впереди замаячил свет, показавшийся мне тем самым свечением в конце тоннеля. Доносившиеся из кабинета голоса, одновременно и обрадовали, и огорчили меня. Зажмурившись от света, показавшегося слишком ярким после полумрака коридора, я подождала, пока Андрей Романович поставит меня на ноги, а потом приоткрыла один глаз, ощущая на себе два взгляда: один удивленный, другой ехидный.
— Я не понял, Андрей, это что, новый способ транспортировки сотрудников? — прочистив горло, строго вопросил Михаил.
— Мишка! — радостно взвизгнула я, подбегая к другу и обнимая его за торс(ну, извините, до куда дотянулась, за то и обняла).
— Мишки в лесу водятся, — привычно пробурчал зятек, чмокая меня в макушку. — Итак, Филька, что ты тут натворить успела?
— А что сразу я?! — обиженно засопев, я исподлобья посмотрела на мужчину. — Ты бы лучше брата своего спросил, почему он меня преследует!
— За "надом", — безопиляционно ответил Андрей Романович, прислоняясь к столу и с интересом поглядывая на нас с Мишей.
— Он меня обижает! — без малейших угрызений совести пожаловалась я другу. — Сначала отругал…
— Какой негодяй!
— Потом гонялся за мной по всему зданию…
— Подлец!
— Представляешь, даже грозился выпороть!
— Давно пора, — с серьезным лицом кивнул друг, продолжая выслушивать мои излияния.
— Вот так, да? Решил мужскую солидарность проявить? — поджав губки, я отвернулась от Миши, встречаясь взглядом с Алиской. — Ну а ты чего ржешь? Я тебя что просила сделать?!
— Не вини подругу, — примирительно отозвался Андрей, с самодовольной улыбкой глядя на меня. — Она просто не смогла устоять перед нашим обаянием.
— Точнее, перед бутылкой французского вина, которое Андрей пообещал ей за "невмешательство", — счел нужным уточнить друг.
— И ты, Брут? — трагичность момента разрушил громкий урчащий звук, исторгнутый моим животиком.
Покраснев, как маков цвет, я перевела взгляд на пол и тихо извинилась.
— Меняются сезоны и времена, но твоя любовь к еде, останется в веках! — по-отечески потрепав меня по голове, Мишка галантно предложил Алисе руку и пошел на выход. — Приглашаю вас в ресторан, дорогие дамы. Отметим мой приезд!
Довольно улыбнувшись, я посеменила следом за друзьями, но у самой двери была остановлена жарким шепотом Андрея Романовича, который успел преодолеть разделяющее нас расстояние. Его дыхание опалило нежную кожу шеи, заставляя маленькие волоски встать в боевую стоику.
— Если ты думаешь, что это конец, то очень сильно ошибаешься. Наша игра только началась…
* * *
После того, как мы вышли из здания, Андрей Романович поспешно покинул нас, отговорившись какими-то делами, так что ужин прошел в теплой, почти семейной, атмосфере. Старинные часы, очень гармонично сочетавшиеся с общим стилем ресторана, отбивали шестой час вечера. Сидя с бокалом вишневого сока, я с грустью смотрела на тарелку, где некогда красовалось лососевое мясо под винным соусом. От десерта, к удивлению друзей, я отказалась, поскольку через час мне предстояло идти на тренировку. А драться с набитым животом — дело не из приятных.
Поглядывая на мило беседующих друзей, я еще какое-то время потягивала кисло-сладкий напиток, а потом решительно поднялась из-за стола.
— Извините, ребята, но мне уже пора бежать. — друзья тоже попытались встать, но я остановила их жестом. — Михаил Романович, где Ваши хорошие манеры? Нельзя ведь оставлять девушку без десерта!
При этих словах Алиска мечтательно вздохнула и стрельнула томным взглядом в сторону Миши. Та-а-ак, а вот это уже интересно! Надо будет не забыть завтра попытать подругу.
— Михаил, надеюсь, Вы, как настоящий джентльмен, отвезете мою подругу домой в целостности и сохранности!
— Все непременно! — склонив голову в шутливом жесте, друг перевел хитрый взгляд на Лиску.
Ну-ну, сделаю вид, что я не видела их перемигиваний. Небось опять задумали какую-нибудь подляну, как в старые добрые времена. Только тогда, вместо меня, с ними была Марина. Эх…
Поцеловав обоих друзей, я выскочила на улицу, туда, где небо уже успело потемнеть от застлавших его тяжелых туч, наполненных водой и ядовитыми парами вечно бодрствующего города. Тяжелый запах озона и белые росчерки молний, недвусмысленно предупреждали о скорой грозе, разгоняя гуляющие парочки и компании по кафешкам и домам.
